Рассказ про незапланированное приключение и выживание у вулкана в Забайкальском крае

Три любителя приключений решили съездить в глушь, на пик Большой Хаптон. Состав группы:

Валерий – майор запаса, отличная спортивная подготовка, 45 лет; Я – тоже майор запаса, тоже в хорошей форме, 37 лет. Ольга – просто любитель экстрима. О возрасте женщин не говорят;

Связь с посёлком Курорт Баунт есть только по городскому телефону, никакие сотовые операторы не обслуживают этот район. Последнее место, где есть сотовая связь – это п. Богдарино. По городскому телефону выяснил о наличии свободных мест в гостинице. Там же пытался узнать о переправе через реку Талой. Мне предоставили телефон человека, который мог с этим помочь. Возможность переправы через реку Талой сразу выяснить не удалось. Мужчина на другом конце провода сообщил, что сегодня вечером к нему приедут из п. Богдарино знакомые. Если приедут, значит, переправа возможна, и заодно расскажут, на сколько глубок Талой. Вечером созвонился с ним, гости у него были, глубина не более 50 см, что для моего RAV-4 не проблема.

Что нам троим собраться – только подпоясаться. Заправился с вечера, утром заехал за друзьями и 02.09.2016г. и в 06:00 выехали. Вначале дорога была асфальтовой, но стала грунтовой после поворота у Иван озера. По меркам Забайкалья, качество дороги было отличное. Дождей давно не было, и дорога была ровной, без эффектов волн и стиральной доски, поэтому я спокойно держал скорость 80 км/ч. Можно было и быстрей, но аварийное состояние моего авто не позволяло.

Мы довольно быстро добрались до деревни Романовка. Здесь есть прекрасные места, я много раз здесь бывал, когда существовала лишь паромная переправа через реку Витим. Сейчас мы проехали по новому мосту и на другом берегу заехали в кафе «Вояж». Вывеска в этом кафе наглядно указывала на местонахождении деревни Романовка на планете Земля.

Остаться в живых на Баунте 2016
Романовка — это половина пути по километражу. Здесь хорошие грунтовые дороги, так как есть трасса на Улан-Удэ. Далее по нашему маршруту, качество дороги особо никого не волнует. Наш маршрут — это дорога в тупик цивилизации. Соответственно время в пути может сильно увеличиться, если дорога будет плохого качества. Дорога пошла через лес, местами выходя на опушки леса. Я всё боялся, что вот-вот движение с хорошей скоростью станет не возможным из-за плохого покрытия, но грунт дороги оставался прекрасного качества. Я мог держать скорость, сбавляя её лишь на поворотах и прохождении мостов через местные речушки. Мои попутчики задремали. Наконец мы подъехали к крупной реке Малый Амалат.

Остаться в живых на Баунте 2016
Довольно живописное место после езды по однообразному лесному маршруту. Время до заката было много, поэтому я остановился фотографировать реку. Ольга проснулась и вышла тоже. Это очень хорошо: я фотографировал её, а она меня. Валера дрых, старый ведь уже. Заодно осмотрел машину. Несмотря на некоторые поломки, машина шла отлично. Далее опять скучное вождение. Наконец проснулся Валера, который удивился изменившемуся пейзажу и предложил выйти освежиться и запечатлеть красоты кои он увидел. Далее в пути они опять уснули. Мы прибыли в посёлок Богдарино (Белая гора), Баунтовский Эвенкийский район. Посёлок как посёлок, даже не фотографировали.

Здесь хотели заправиться. Топлива было ещё достаточно, но далее заправок нет. Нет ясности какая дорога будет дальше, и какой будет расход топлива. Поэтому решили залить на всякий случай полный бак. Заправка была закрыта по техническим причинам, а альтернативы ей не было. Прождали час, заправились. Выехали дальше. На краю посёлка трассу пересекает речка Богдаринка, шириной 10 метров. Мы легко её переезжаем, глубина не более 30 см. Проехав ещё примерно километр, видим идущих по дороге троих мальчиков, 13, 10, 8 лет. Предлагаем им проехать с нами, если им по пути конечно. Дети с удовольствием соглашаются, им конечно по пути – дорога то одна. Расспрашиваем их, куда они держат путь. С их слов, они идут на какую-то дальнюю заимку, посмотреть есть ли ягода. Если есть, то они вернутся и в другой день на грузовике, на сбор ягоды, с родителями и друзьями. Для интереса засекаю на одометре километраж. Спросил, не боятся ли они зверей, например медведей. Боятся, тем более, что месяц назад медведица убила мужчину, оторвав ему голову. Она это сделала, так как он случайно испугал её медвежонка. На мой вопрос, откуда он знает, что это произошло именно так, мальчик пожал плечами. В общем, боятся, но надеются на лучшее. Как всегда, на русский авось.

Дорога идёт вдоль реки, на реке работает техника: бульдозеры, экскаваторы, драги. Моют золото в промышленных масштабах. Для поддержания разговора спрашиваем, чем занимаются, чем живут люди в посёлке. С их слов все держат хозяйство, а те, кому повезло, ещё и работают, в организациях поддерживающих жизнедеятельность посёлка.

Наши попутчики похвастали, что вчера им очень повезло. Они кинули 160 лопат на ручную драгу и намыли 20 грамм золота, которые благополучно сдали по 1000 руб. за грамм. Здесь этим занимаются все повсеместно. Грех быть у воды и не напиться. Это сейчас мы легко доехали в п. Богдарино, а когда пройдёт хороший дождь, то по дороге можно ехать не более 5 км/ч. Хотя трудно представить места хуже, чем Чита — это вообще забытое правительством место в Крае. Здесь о людях забыли до следующей переписи и голосования. Таких мест по всей России очень много.

Здесь нет возможности хорошо заработать, чтобы отправить своих детей на платное обучение в институт, в Читу. Если кто-нибудь серьёзно заболеет, и будет дождь, то вряд ли его довезут до Читы живым. Вот и выходят люди из положения таким способом, чтобы иметь возможность дать своим детям будущее, а себе достойную старость и страховку на «чёрный» день.

Мы проехали с нашими юными пассажирами 15 км до дальней заимки! Они собирались проделать этот путь пешком, просто чтобы узнать, есть ли ягода! У дороги конструкция типа навеса, грубо срубленного и покрытого ветками. Вокруг лес, не зги. Здесь мальчуганы растворяются в тайге. Мы желаем им удачи и едем дальше по грунтовому серпантину. Вскоре дорога выходит на ровный участок. Завидую попутчикам, опять дрыхнут. Мы прибыли в деревню Ципикан. Природа прекрасна. Деревня на берегу реки, в окружении гор. Как многие деревни Забайкалья, находилась в упадке. Здесь не более 10 домов. Конечно охота и рыбалка здесь шикарная, но есть и минусы. Свет здесь от центральной дизельной электростанции, нет радио, телевидение только спутниковое. Никакого транспортного сообщения. Насколько я знаю, в деревне есть стационарный телефон.

Остаться в живых на Баунте 2016
Остаться в живых на Баунте 2016
На выезде из деревни, через поле ко мне бежал парень, активно махая мне руками. Останавливаюсь, опускаю стекло. Подбегает парень, лет 17. Показываю ему пальцем у своего рта, чтобы говорил тише, не разбудив моих попутчиков. Ему надо в Читу. У местных автомобили давно вросли в землю. Попуток пока не было. Спрашивает, когда мы будем возвращаться в Читу, просится с нами. Говорю, мол, послезавтра, примерно называю время. Он благодарит, прощается и обещает ждать. Блин, это же не Северный полюс! Россия, ты здесь золото моешь! Сделайте дорогу и один автобус, хотя бы на базе ГАЗ-66!

Спускаемся по серпантину. Дорога пошла через реки Сивак, Большой Кэвэктэкэн, Ушма, и частично по ним. Это мелкие реки, которые не имели дорожных указателей, но обозначены на карте. Было ещё много рек и ручьёв, названия которых я не знаю.

Особняком среди них река Талой. Сейчас в 25 метров речушка, глубиной не более 50 см. Хорошо, что не было дождя, иначе эта «переплюйка» превращается в ревущий поток. Свидетельством этого лежат разрушенные опоры временного моста. Это деревянные срубы, внутрь которых накиданы камни. Поток был настолько силён, что смыл эти срубы вместе с камнями. Это не первая попытка пересечь Талой мостом, таких попыток было много, но он со всеми справился. Рядом стоит давно начатый, судя по ржавчине на металле, но не оконченный капитальный мост. Не хватает денег достроить его.

Ищу колею от грузовых авто, в основном это военные Уралы и ЗиЛ-131. Стараюсь ехать по их пути, но, не попадая колёсами в их колею. Неглубоко, 50 см, но мои попутчики в восторге.

Далее мелкие речки и вот, сквозь редкий лес, вершины, где проходит наша дорога уже видно озеро Баунт. Ещё часок и засветло мы приезжаем на Курорт Баунт. Здесь 15 жителей и примерно столько же домов, но они резко отличаются от Ципикана. Дома все аккуратные ухоженные, имеют стеклопакеты. Во дворах у многих по два авто. Как правило, это хороший автомобиль и какая-нибудь модель УАЗа. Есть МТБЛ – гражданский гусеничный вездеход.

На прицепах с шинами низкого давления стоят катера, на которых можно и в море прокатиться. Везде конечно достаток разный, есть авто и лодки подешевле. Находим наш отель.

Остаться в живых на Баунте 2016
Ольгин отец, был строителем и когда-то возводил это здание для проживания артели золотодобытчиков ещё при СССР. Теперь, два его корпуса объединены, обшиты сайдингом, а внутри не узнать вообще.

Хотим устроить себе ужин с местной рыбой. Расспрашиваем хозяйку, о продавцах рыбы. Советует нам несколько человек. Едем к одному. Набегают собаки, но быстро объясняю им кто я таков и что мы с ними одной крови. Теперь можно делать с ними что угодно. Дерутся друг с другом за моё внимание, стараюсь погладить всех, даже их изгоев. Валера тоже «проканал» у них за своего.

Находим нужного человека. Он приглашает нас в дом. На полу прихожей хорошая керамическая плитка, стеклопакеты в окнах сруба. Это просто бросается в глаза, когда 400 км ты не видел асфальт. В доме есть батареи. Для дома с печным отоплением это диковинка. Так как здесь из земли бьют горячие минеральные источники, то грех эту воду не использовать по назначению. На кухне, к раковине кухонного гарнитура подведена так же горячая вода. Продаёт нам рыбу – Сырок и даёт килограмма два в подарок.

Возвращаемся в отель. Осматриваемся. Раскладываем вещи по номерам. Я взял, что подешевле – общий, с тёплыми полами. Всё очень достойно, особенно для такой глуши. Кроме нас отдыхает семейная пара индейцев эвенков, оленеводов. Для нас это глушь, а для них, после всех их лесных стоянок – реальная цивилизация. Ей 70 лет, видно, что в молодости она была очень красивой женщиной. Одета как английская королева. Золото в меру. Платье, шляпка, зонтик. Всё в тон, никакого излишества. Муж, лет 50, одет проще — джинсы, свитер. Разговорились. У неё 9 детей, все сыновья, которых она родила в вигваме на временных стоянках. Никто никогда ничем не болел. Один из сыновей, возвращаясь из армии через Читу, был убит неизвестными. Преступление так и не было раскрыто. В Богдарино, в краеведческом музее её семье потомственных оленеводов посвящен стенд с фотографиями. Есть баня и каркасный бассейн с проточной горячей водой. Всё входит в стоимость проживания. Небольшой перекус рыбой.

Остаться в живых на Баунте 2016
Пока ещё светло решаем пройтись по окрестностям. Едем на берег реки Цыпа. С берега отличный вид на пик Большой Хаптон. Погода плохая, вот-вот будет дождь. Надеемся, что завтра будет хорошая погода. Деваться нам некуда, по плану завтра восхождение и спуск. Послезавтра выезд и на следующий день на работу.

Остаться в живых на Баунте 2016
Валера идёт жарить шашлык на мангале. Затем одеваем купальное и идём в баню, по сменно продолжая жарить шашлык. После бани небольшая пьянка на кухне. Сильно не старались, так как завтра в планах поход на гору, а это 2400м над уровнем моря (н.у.м.). Отель находится на высоте 900м н.у.м., так что надо лишь набрать высоты в 1500м.

Проснулись, позавтракали шашлыком. Вышли и сразу начали восхождение. Взял с собой свой иж-58, 16 калибра. Пусть лучше будет и не пригодиться, чем понадобиться, а не будет. Патроны снаряжены пулей, картечью, крупной дробью. По дороге знакомлю Ольгу с ружьём.

Я повёл их так, как сам ходил в 2009 году на вершину. Кстати я так и не покорил вершину. Внизу тот раз была жаркая осень, а выше меня встретил снег, метель, плохая видимость. Я плюнул и пошёл вниз. Справился за 6 часов туда и обратно.

У нас с Валерой кроссовки, тёплое нательное бельё, военная форма и плащ-накидки. Ольга в кожаном пуховике, тёплых штанах и каких-то меховых ботинках. Она была теплее всех одета. Заходим в лес. Ночью прошёл дождь и чего не коснись – всё мокрое. С деревьев, которые случайно зацепишь, падает вода за шиворот. С травы, капли падают на обувь. Очень быстро у всех промокла обувь и штанины. Так как мы сохраняли движение, то ноги не мёрзли. Очень скоро промокли ноги до колен, так как капли с травы и кустарников попадали туда. Радовались тому, что пока нет дождя.

Вокруг горелый лес. Как только курорт не сгорел, видимо ветер дул от курорта. Вообще, жалко конечно лес и природу.

Остаться в живых на Баунте 2016
Вскоре вышли на тропу с туриками – пирамидками из камней. Путь стал более, менее удобным. Решили отжать носки и штанины, надеялись, что больше такой высокой травы не будет, носки и обувь досохнут на ходу, на ноге. Вскоре лес стал редеть, и мы пришли к каменным распадкам. Очень красиво. Камни, словно куски окислившейся бронзы, какого-то древнего разрушенного памятника.

Остаться в живых на Баунте 2016
Снова промокли. Штанины были влажные выше колен, примерно до середины бедра. На то, что промокли, старались не обращать внимание. Согревались на ходу и мыслью о том, что внизу нас ждут номера с тёплым полом, баня, горячая еда.

Остаться в живых на Баунте 2016
Много шутили. Я дразнил их слабаками, они меня в шутку материли. Начал накрапывать дождь, пришлось одеть плащ-накидки. Видимость ухудшилась, но пока ещё можно было разглядеть турики. Вскоре лес закончился, я думаю, мы набрали примерно 1700м н.у.м. На земле пошёл кедровый стланик. Иногда «клумбы» кедрового стланика имели 3 м в диаметре!

При восхождении обнаружили, что между двумя туриками большое расстояние. Очень трудно было найти следующий турик. Пришлось походить вправо и влево, но затем мы его увидели. Я думаю, если бы погода была хорошей, то проблем с этим не возникло бы.

Остаться в живых на Баунте 2016
Ещё набрав высоты, решили перекусить. Валера и Ольга сильно устали. Мы и раньше останавливались отдохнуть, но в этот раз было особо приятно, так как ждал перекус. У меня в рюкзаке были остатки шашлыка с жареной картошкой. Часть не доели, не полезло. Всё-таки всего часа три назад завтракали. В процессе питание Валере и Ольге показалось, что выше нас они видят человека. Я не видел, у меня зрение -4. Как мы не орали, он нам не отозвался. Ольга предложила оставить рюкзаки в расщелине между камнями, чтобы не тащить на вершину всё, а на обратном пути забрать. Я отговорил от этой затеи. Гора слишком большая и можно запросто промахнуться или не узнать место.

Поели, набрались сил, и Ольга как рванула по тропе! Реально, по-моему, ей этого только и не хватало, как перекусить. Я наоборот почувствовал тяжесть в желудке. Ольга теперь ждала нас выше на тропе и издевалась над нами. Валера даже предлагал прострелить ей ногу, чтобы уравнять наши шансы.

Дождь не прекращался. После каждого подъёма, который нам казался последним, всегда оказывался ровный участок. Выйдя на очередной такой участок, перед нами, в метрах сорока взлетели гуси. На случай боровой дичи у меня была заряжена крупная дробь. Я, конечно, не ожидал увидеть на такой высоте гусей. Гуси тоже не ожидали увидеть на такой высоте и в такую погоду людей. Я инстинктивно выстрелил, но не попал. Подойдя ближе, мы увидели озерцо, примерно 20 метров в диаметре. Конечно странное решение для гусей, когда в получасе лёта огромное озеро с двумя большими реками, большим количеством проток и мелких озёр.

Так мы шли по гигантским ступеням, преодолевая один за другим крутые подъёмы и всегда следующие за ними не большие плато.

Мы поднялись до больших пирамидок, где сделали шуточные фото. Дождь так и не переставал, а мы уже были 4 часа в пути, а конца не было видно. Подъём теперь был не крутой, но туриков из-за дождя и облачности не было видно. Я предложил спускаться. Мотивировал я тем, что мы не знаем, сколько нам ещё идти вверх. Погода отвратительная, мы даже не сможем увидеть вершину, даже не поймём что мы на ней, не говоря уж о фото. К тому же в такую погоду путь обратно тоже займёт часа четыре. В общем, было принято решение сделать на прощание фото и двигаться вниз.

Шли по рукотворным ориентирам. Дождь усилился, ухудшил и без того плохую видимость. Где при подъёме мы долго искали следующий турик, теперь не могли найти нижестоящий турик. Ходили вправо и влево, но найти не смогли. Промокли по пояс от воды, стряхиваемой при ходьбе со стланика. Так и не смогли найти нижестоящий ориентир.

Я продолжил спуск без него, так как в 2009г, это дало положительный результат для меня. Казалось логичным, что спуск даст положительный результат, хотя и с небольшим отклонением от места начала восхождения. Это казалось мелочами. Хотелось скорее домой, в тепло.

Начали спуск без ориентировки на турики, надеясь выйти на тропу ниже. Видимость 100м. При спуске был пересечён ручей, так как его левый берег был более удобен для спуска. Я высказал мнение, что ниже это будет уже река, а реку при восхождении мы точно не пересекали, и следует искать дорогу по правому, неудобному для спуска берегу. Повинуясь мнению большинства мы пошли по левому берегу. Оля предлагала уйти влево, но тут уже мы не одобрили её идею, так как для ухода влево надо было штурмовать скалу или возвращаться назад. Тогда нам это казалось очень сложным. Мы думали, что вернёмся за один день.

Спускаясь, попали в горелый лес. Дорога была не знакома. Валера, умудрился потревожить осиное гнездо, и его в лицо укусила оса. Примерно через четыре часа спуска, я стал волноваться, что мы так и не вышли на поляну, где располагался посёлок. Справа ручей уже превратился в полноценную речушку. Слева возвышалась гора. Тем не менее, мы как одержимые шли вдоль реки. Пока путь был довольно сухим. Мы уже давно промокли, но надеялись высохнуть на ходу. Опять же, грела мысль о тёплом доме и горячей еде, поэтому неудобства старались не замечать.

Ниже по течению, берега реки стали болотистыми, но прослеживалась какое-то подобие тропы. Дальше всё хуже, берега превратились в болото и периодически соскальзывали с тропы, по колено в воду. На мокрые ноги никто не обращал внимание. Каждый думал, что вот сейчас откроется вид на посёлок, и мы снимем мокрую одежду и обувь, отогреемся в бане, поедим горячей пищи. Примерно в 18:00, ручей превратился в реку метров 10 шириной. Я предложил искать сухое место и устраиваться на ночлег, так как уже понял, что мы сегодня не придём в посёлок ночевать. Валера с Олей, не согласились, у них в голове пока не укладывалось, как это мы будем ночевать в лесу!

Всё это время шёл дождь. Мы промокли заново. Через два часа слева гора пропала, а справа осталась. Конечно, влево идти проще и они меня туда и вели. Это было уже 20:00, я уже не выдержал и высказал своё мнение: что эта река Цыпа, справа от которой находится посёлок. Мне всё казалось логичным, раз при восхождении, мы реку не пересекали. Соответственно, спускаясь, и забирая влево, мы её пересекли. Далее река увела нас влево от посёлка. Я был уверен, что посёлок теперь справа, за рекой, где возвышалась гора. Ночью ползти в гору опасно, уже темнело на глазах. Я столь убедительно говорил, что они поверили в правильность моих суждений, и согласились на остановку.

Невозможно найти сухое место в болоте в темноте. Попытались разжечь костёр. Достал из рюкзака туалетную бумагу, сложили мелкие веточки, накрыли наш костёр плащ-накидками и своими телами. Сколько не жгли туалетную мокрую бумагу, резал патроны и высыпал с них порох, так ничего и не разгорелось. Теперь мы не двигались и стали ощущать насколько нам холодно. Руки стали трястись, зубы выбивали дробь. Везде сыро.

Посветили сотовыми, нашли дерево с торчащими из земли корнями. На них тесно, но сухо. Под зад подстелили рюкзаки, сели поближе друг к другу. В центр посадили Ольгу. Её меховые ботинки промокли и она мёрзла. Она как то умудрилась залезть на корни с ногами, я дал ей свои шерстяные носки из рюкзака. Переодев их, она замотала ноги в полиэтиленовые пакеты. Я ничего не хотел переодевать, ибо кроссовки были очень мокрые. Накрылись военными плащ-накидками и попытались расслабиться. Дождь всё ещё шёл. Площадь накидок маленькая, для троих две плащ-накидки это очень мало. Достали сникерсы. Мы немного оживились, какая никакая радость – еда. Всего в рюкзаке у меня было 8 сникерсов. Раздал всем по одному, поели. Есть хотелось очень, но так как никакой воды у нас не было, то жевали их долго. Пить не хотелось, мы наверно воду впитывали через кожу.

После такого «пира» надо было поспать. Так как дождь не останавливался, то залил место, где были мои ступни. У меня ноги были в воде всю ночь. Если не шевелить ногами, то они нагревают воду вокруг себя до приемлемой температуры, и холод ощущается не так сильно. Мы всё время мёрзли и поэтому не могли уснуть. Я отбивал зубами чечётку, поспал в позе шахматного коня за всю ночь, максимум может 15 минут. Остальное время это какое-то бессознательное сознание. Мечтал скорей увидеть рассвет, чтобы снова пойти и согреться.

День 2. Утром с рассветом вышли. Я думал, с утра от переохлаждения у всех будет хотя бы ангина. Но ничего подобного, откашлялись, высморкались и пошли! Из-за неестественных поз ночью, сырости и холода у Оли и Валеры стали отказывать ноги. Они медленно шли, жалуясь на сильную боль в коленях. Я ночью молился, чтоб за этот день мы уж вышли к людям.

Мой план был такой: спускаясь мы пересекли верховье р.Цыпа, которая увела нас влево. Посёлок находился за нею, на её правом берегу, соответственно надо пересечь реку и двигаться вправо от реки. По реке идти бесполезно, так как берег – болото и река извилиста, что увеличит время пути. Забирая вправо, уходя от шума реки можно срезать путь в посёлок.

Мы поднялись по крутому склону наверх, там была ровная площадка. Выше опять был крутой подъём, но наша задача была выйти на сухое ровное место, поэтому выше не пошли. Как мы вправо не забирали, река следовала за нами. Мы поднялись достаточно высоко и ушли вправо, но когда свершилось чудо и впервые прекратился дождь и рассеялся туман, то там где я ожидал увидеть долину с характерным S-образным изгибом р.Цыпа, мы увидели такую же огромную гору! Для меня это был удар. Это всё равно, что зайти к себе домой и увидеть на диване слона. Так же не естественным для меня было увидеть эту гору, где я ожидал увидеть нашу долину, извилистую реку и озеро.

Внизу был шум реки. Я реально был в тупике. Куда дальше идти?! Всё не по плану. Что нас найдут на такой площади, даже с вертолётом – это нереально, и летать в «ноль» никто не будет. Я уже начал представлять нашу смерть, где-то через недельку в естественных позах, под деревом, от переохлаждения и истощения. Молился Богу, чтобы мы просто остались живы. Я был растерян.

В тумане мы услышали шум моторки. Я рассказал товарищам, что рыбаки иногда поднимаются по реке за «клеевыми» местами. А вдруг это и спасатели, мы же не ночевали, наверное хозяйка забила тревогу! (спасателям сказали о нашей пропаже лишь на третий день и никто нас ещё не искал). Приняли решение спускаться к реке.

Пошли по какому-то ущелью вниз, на шум воды. Дождь всё время лил, как будто его забыли выключить. Оля еле шла, у неё сильно болело колено. Валера чуть быстрее, но тоже жаловался на колено. У меня временами были судороги ног, но я мог идти быстрее них. Я хотел действовать. Сейчас цель – выйти к реке и я хотел скорее это сделать. Мне приходилось останавливаться, чтобы дождаться них. Пока я стоял мокрый под дождём, я успевал замёрзнуть.

Спускаясь, Валера увидел упавшее дерево. Корни его со слоем земли образовали естественный навес от дождя, почти пещеру. Они с Олей сели там и отказались идти. Я был в ужасе. Ещё столько светового дня пропадает зря! Ещё столько можно идти!

Они почти сдались от боли, не могут идти и, поддавшись на «уют» под корнями упавшего дерева, хотят провести здесь время до утра. Я предложил отдать им ружьё и идти одному по реке. Они даже согласились, но потом, хорошо подумав, мы отвергли этот план. Нет гарантий, что я дойду, и нет гарантии, что я с подмогой найду их.

Решили перекусить. В рюкзаке был остатки картошки с шашлыком. Хорошо, что не оставили рюкзак в камнях при подъёме! Был ещё хлеб, но его решили оставить на следующий день. Съели картошку. Сникерс, теперь 1 на троих, решили оставить на утро, чтоб съев его, мы имели запас энергии на весь день.

Женское терпение выше всех похвал. Оля смогла развести в этом сухом месте огонь! Но горела лишь береста. Из-за непрекращающегося дождя, даже веточки с толщиной мизинец лишь тлели, не давая температуры возгорания чего-то более существенного. Максимум что горело — это стружка из трухлявой березы. Мы были рады и этому. Хоть какое-то тепло. Так поочередно следя за огнём, можно было согреться и нормально переночевать, имея «крышу» над головой. Мы с Валерой наломали веток и закрыли открытую часть. Это хоть как то защищало нас от ветра и дождя. Внутрь натаскали стволов деревьев, толщиной в руку. На них планировали спать.

Но Бог посмеялся над нами. Вдруг, в нашей пещере забил ключ. Сначала в руку толщиной, затем превратившись в полуметровый ручей. Мы прорыли ножом ему русло, чтобы он быстрей уходил из нашей пещеры. Второй ключ смыл наш костёр. Это была наша ошибка, сесть под упавшее дерево. Все склоны горы состоят из камней, которые за многие годы обзавелись почвой. Слой почвы тонкий и деревьям не за что цепляться. Вода, стекая по склонам, течёт в более крутых местах, размывает корни деревьев, которые растут на её пути. Упавших на склонах деревьев довольно много, это означает, что именно под их корнями проходили ручьи, которые вымыли и так не толстый слой почвы под их корнями. То есть, мы изначально выбрали место на течении ручья, и появление его было лишь вопросом времени.

На открытом воздухе разжечь огонь не реально. Вокруг на земле трава по колено, мокрая от дождя или мокрый толстый слой мха, идя по которому ощущаешь под собой словно водяной матрац. Всё просто пропиталось водой. Даже в воздухе стоял мелко дисперсионная водяная пыль.

Мы наложили сучьев и сделали настил, чтобы лежать выше уровня воды в пещере. В ущелье не росло хвойных деревьев, сделать мягче настил было не из чего. Да и Оля с Валерой сильно ослабли и практически не могли ходить больше пяти метров. Там и заночевали. Легли рано, пока было светло. Температура воздуха ещё не упала, и я успел поспать. С темнотой пришёл холод, и я вновь ждал рассвет, чтобы согреться в движении. Один наверно бы замёрз на смерть, но мы согревали друг друга. Тряслись как от удара током, я аж подлетал и зубами выбивали чечётку. После таких «ударов током» на время согреваешься от рефлекторных мышечных сокращений и проваливаешься в сон – забытьё, но ненадолго. Так как одежда мокрая и лёгкая не по сезону, то организм быстро охлаждается и заставляет проснуться. Затем весь цикл повторяется заново: дрожь до подскоков, забытьё, проснулся, дрожь… Я поражался Валере, он был хуже одет, но я периодически слышал его храп. Он спал, хотя по его признанию не видел сны. Сверху, с потолка и корней нам на лицо сыпалась земля. Но это были мелочи, по сравнению с холодом.

День 3. Утром кое-как встали. Отлежали на брёвнах плечи и бёдра до синяков! Если ткнуть пальцем в отлёжанные места, то больно до слёз. Спали в луже от пробившихся ключей, но так как были постелены брёвна, то мы были выше воды, но всё же сыровато.

Размялись и решили идти обратно к месту первой ночёвки, а оттуда искать путь наверх и найти ориентиры маршрута, и по ним уже спуститься. Это огромный труд и сложная задача, для ослабленных людей, да ещё и с больными коленями, но другого выхода мы не придумали. Можно было идти на шум мотора, вдоль заболоченных берегов реки, но можно утонуть в болоте. Идя поверху можно потерять реку. Ещё местные реки весьма извилисты и расстояние может увеличиться в пять раз, пока будешь идти вдоль берега. Конечно, в итоге река впадёт в озеро Баунт, берега которого очень заболочены, но в каком месте? Можно оказаться, что до посёлка ещё далеко, или он на другом берегу реки. В устье, река будет уже глубокой и широкой, перейти её будет не возможно. Придётся возвращаться назад, до места, где её можно перейти вброд, а это, скорее всего там, где мы находились сейчас. Опять же, если за день не успеем выйти к людям, то ночевать придётся в сильно заболоченной местности.

Дождь шёл всю ночь и продолжал идти. Мы решили подняться до плато, где можно двигаться не по болоту. Кое-как Ольга и Валера взобрались наверх. Идти вверх не так больно для коленей, нежели спускаться. Когда поднялись на плато, благодаря Богу дождь перестал идти, туман на минуты рассеялся и мы увидели край озера и характерные изгибы р.Цыпа! Тогда мы поняли, где мы относительно посёлка, и в каком направлении двигаться. Буквально за минуты туман вновь накрыл местность.

У Оли ещё сильнее разболелось колено. Шла и ревела от боли. Я забрал рюкзак Валеры и он ей помогал, но местность была болотистая и с чепурой. Он не мог её поддерживать. Срубил ей костыли. Болевшее колено Ольги обмотали её каким-то сырыми подштанниками, что были в рюкзаке. Это хоть как-то помогало снизить подвижность колена и ослабить нагрузку на ногу. Часто останавливались, чтобы дать ей возможность отдохнуть. Она периодически плакала от боли. Иногда, она спрашивала у меня: «Саша, мы же выйдем к людям?». Конечно, я отвечал, что выйдем, но сам не был в этом уверен. В любом случае, считал, что надо идти к намеченной цели, пока есть силы. Она иногда была на грани. Я с ужасом представлял, что она вдруг скажет, что всё, с неё хватит, больше она никуда не пойдёт. Закатит истерику, повалится на землю и скажет, что хочет остаться здесь. На это случай у меня уже были заготовлены слова, но к счастью, она оказалась сильнее, чем казалась. Я представлял на её месте других наших знакомых, изнеженных барышень, ухоженных, с красивым маникюром. Они бы уже давно сдались в таких условиях.

Валера тоже жаловался на оба колена. Он старался не сгибать ноги, просто переваливаться с ноги на ногу. Толстый слой мха поглощал часть нагрузки с его колен. Двигались очень медленно. Я засёк время получилось 1м/3 секунды, а идти ещё много!

Продвигались по горе в сторону предполагаемого нашего подъёма. Всё же стало легче на душе, нам стало ясно, где мы, это очень грело душу. Пусть очень далеко, но понятно хоть куда идти.

Начали спуск. Здесь склон был очень крутой, поэтому спускались наискось, в сторону истока реки, там река будет хоть поуже. Дождя не было, но из-за того, что он шёл несколько дней подряд, появилось множество ручьёв, а река внизу стала гораздо шире. Вскоре спуск нам преградил ручей, в три метра шириной в глубокой расщелине. Он спускался и впадал в реку. Физически перейти его у нас не было возможности, поэтому стали спускаться вдоль его русла, пока не наткнулись на упавшее через него дерево. Взобравшись на него, я увидел уже и саму реку. Здесь у неё были крутые берега, но также было упавшее дерево, по которому можно было перейти через её шести метровое русло. Поэтому я предложил перейти по упавшему дереву ручей, а затем перейти реку.

Ручей перешли быстро, хотя держать равновесие на бревне, на высоте трёх метров в нашем состоянии было нелегко. Затем пошли к бревну через реку. Вода ревела под бревном, оно было ниже, и всё намокло от брызг, став скользким. К чёрту понты, сели на него верхом и переползли по нему. Другой конец бревна упирался в стену 1,5 метра высотой. Хватаясь за ветки кустов, мы подтягивались по ним вверх, чтобы преодолеть её. Всё вокруг было очень красиво, но фотоаппарата не было, я просто попытался запомнить эту красоту. Эту белую реку, мокрое бревно, моих товарищей на бревне, в водяной пыли и брызгах, свисающие ветви кустов над рекой… Весь наш путь был настолько же красив, насколько и тяжёл.

Я перешёл реку и захотел подняться на поляну, которую увидел ещё до ручья. Надо было подняться по скользкому мху в довольно крутой подъём. Ноги скользили, но я всё же начал подниматься, вырывая ногами куски мха. Тут я заметил, что кто-то довольно недавно здесь так же поднимался, срывая мох с земли. Судя по размеру и форме следа, это был медведь.

Остаться в живых на Баунте 2016
Я сообщил друзьям о следах. Со словами: «А на этот случай у меня есть запасной билет», Валера достал свой второй телефон и сфотографировал их. Наши телефоны уже разрядились.

Мы считали, что должны были попасть в то место, где мы заночевали в первый раз. Место, куда мы вышли теперь, даже отдалённо не напоминало нам нашу первую стоянку. Предположили, что прошли гораздо дальше вверх по течению реки или это уже совсем другая река. В общем, перейдя реку, мы не узнали местность, и найти наш подъём, а затем турики было маловероятным. Поэтому было принято решение идти напролом к деревне.

Наученные прошлыми ночёвками, заранее выбрали для ночёвки место посуше. О том, что оно хорошее свидетельствовали медвежьи следы. Я надеялся, что с медведем мы не встретимся. Такой остроты ощущений, вдобавок ко всему, не хотелось. Проинструктировал всех как обращаться с моим ружьём. На случай нападения медведя план был такой: если он выйдет, я стреляю в воздух. Если его это не испугает и у меня будет время, я перезаряжаюсь, и буду стрелять на поражение при его агрессивных действиях. Скорее всего, я его не убью, и он меня сметёт. После выстрелов и его броска на меня я кидаю ружьё Валере. Пока я с ножом сопротивляюсь, он стреляет в него. Если он переключится на Валеру, то он кидает ружьё Оле, и она повторяет тоже. Для этого я раздал всем патроны. Таким образом, у нас есть больше выстрелов на поражение, чем, если ружьё и патроны будут находиться только у меня, а я у медведя.

Мы нашли ровное место и накидали туда кучу толстого мха. Затем я нарубил сверху него кедрового стланика. Над этим «матрацем», я опёр брёвнышко о дерево и в стороны от него сделали рёбра – стены шалаша, которые покрыли кедрачом. Получился в основании равнобедренный треугольник и 3 стены тоже треугольники. Когда легли на постеленную одну из накидок, мы почувствовали себя как в отеле Хилтон. Мы сняли обувь, наши ноги от долгого нахождения в воде, были белы и сморщены, как грецкий орех. На них просто страшно было смотреть. Костёр не получился, мох был сырой, как губка. Отжали носки, и надели запасные, хоть и влажные, но посуше. Впервые легли не в обуви. Так мягко нам ещё не спалось. Поели остатками хлеба. Рядом был ещё один ручей, напились из него. Успели поспать, пока было тепло. Дождь впервые прекратился. К 0:00 стало холодно, и пошёл дождь. Кроме Валеры больше никто и не спал, но это была лучшая ночь.

День 4. Утро было почти без тумана, и тот быстро рассеялся. Мы выдвинулись напролом. Переваливали небольшие сопки одну за другой. Между сопками, в низине были обязательно речки, но все были с естественными мостами и не широки. Солнце светило ярко, стало жарко и наша одежда, впервые стала сохнуть. Мы сняли плащ-накидки и убрали их в рюкзаки. После большой сопки, на спуске была большая река, шум который был слышен издалека.

Спускаясь, сквозь ветки мы увидели нечто похожее на штакетник забора. Подойдя, мы увидели зимовьё – небольшую избушку 3х3м, а то, что нам показалось штакетником, оказалось шиферной крышей, обильно засыпанной хвоёй! За зимовьём была река в 10 метров шириной. Течение было сильным, и его шум заглушал все остальные звуки.

Теперь Бог улыбался нам. Мы зашли внутрь – никого. Зато есть буржуйка, обложенная камнями из реки и сухие дрова! Внутри была кровать с панцирной сеткой, матрас и одеяло. Под кроватью инструменты. Откидной столик у окна, в поднятом положении выполнял также функцию ставень. Стул и пару больших чурок, вместо стульев. Простая посуда. На настенном календаре, был зачёркнуто 20 февраля 2016 года – последний день пребывания здесь людей.

Стройматериалы и утварь, сюда доставили на грузовой машине по руслу реки, когда её уровень был ниже.

Хоть по расчётам идти ещё далеко, но мы не смогли себе отказать в остановке. Растопили печь, разложили сушить всё что можно. Из еды нашли невыносимо солёную приправу и сахар. Поставили кипятиться воду. Впервые оглядели себя. Все мельчайшие царапины, потёртости превратились под слоем грязи в гнойники. Одежда наша, несмотря на её прежний цвет, стала у всех коричневой. У товарищей воспалились сорванные мозоли и ногти на ногах. У меня мелочи: гнойники на руках и потёртости, от высоких голенищ «сверх удобных» китайских кроссовок 1994г.в. Лица и руки у всех были чумазые. Глина, что падала с потолка нашей пещеры, размазалась по лицу, сажа от горелых деревьев впиталась в кожу.

Пошли умываться, взяв с собой мыло из зимовья. Отмылись с трудом, но почувствовали себя людьми.

Заварили приправу как суп. Валера сказал, что это восхитительно вкусно!!! Его вообще, в 45 лет ничего не берёт, только колени. По мне конечно, отвратительно, а не суп, но зато горячий. До этого ели сникерсы, норма которых на день сократилась с одного до 1/6 в день на человека. Вода была в изобилии. Впервые почувствовали себя цивильно. Появились новые силы. Это была передышка, которой нашим душам не хватало уже три дня. Мы отдохнули и знали куда идти. Было примерно 12:00, то есть время было ещё много, чтобы идти к деревне. Закралась предательская мысль заночевать здесь, но взвесив все «за» и «против» решили двигаться дальше. Поседели, отдохнули и в путь. Пополнили запас дров хозяину этих шикарных апартаментов.

Сразу за избой река 10м. Перехода нет. Надо идти вверх по течению, где она станет уже или будет естественный мост, но это значит надо удаляться от цели, на что уж нет сил. Я разделся по пояс и перешёл реку с палкой. Моему примеру последовали остальные. Мне даже было приятно помыть ноги.

После холодной реки колени у моих товарищей стали кипяток, это чувствовалось даже через одежду, но они стали передвигаться быстрее. Далее мы всё время шли в гору. Теперь у нас была уверенность, что мы дойдём рано или поздно. Шли по пологому склону вверх, но всегда через болотину. Вышло солнце, а с ним комары и гнус стали донимать нас укусами. Стало впервые жарко. Наконец стал брезжить прогал в лесу. Сколько мы не шли, лес так и не кончался. Примерно предположив, где находится посёлок относительно реки, было выбрано направление движения.

Наконец мы вышли на открытое место. Мы устремились на него и почти рядом увидели S-изгиб р.Цыпы, но пристань так и не увидели. Случайно, мы увидели вдалеке дорогу и приняли решение идти на неё, а по ней уже в посёлок. Мы спустились и пошли к дороге напрямую. Оказалось, что она и посёлок гораздо дальше, чем казалось. Чем ближе к ней мы подходили, тем местность была всё более заболоченна. Последних 500м до дороги шли по болоту с кочкарником. Периодически, теряли равновесие, поскользнувшись на кочке, падали в воду, но это уже не пугало. Когда есть уверенность в достижении цели, силы появляются из неоткуда.

Через 6 часов после зимовья, мы вышли на дорогу и съели последний сникерс.

Мы весёлые протопали пару километров до посёлка. Первым делом в гостинице, отписали всем, что мы живы. Оказывается, после того как мы не вышли на работу, наши друзья нашли в интернете телефон нашей гостиницы. Узнали у хозяйки, что машина на месте, а нас нет уже три дня. Хозяйка думала, что мы весьма подготовлены и задумали поход в горы, эдак на неделю. Сообщили в полицию Читы и Богдарино о нашей пропаже. В полиции успокоили, как могли, заявив, что мы с Валерой, скорее всего, убили и расчленили Ольгу, а теперь подались в бега. Друзья позвонили в МЧС и на наши поиски выехали из Улан-Удэ спасатели, это был уже третий день нашего вояжа и первый день отсутствия на работе. Создали группу в WhatsApp, организовали оперативный штаб по поиску решений нашего спасения. К счастью мы сами справились и МЧС развернули обратно к себе на полпути до Курорта Баунт. В гостинице нас встретили хорошо. Мы сходили в баню, отмылись. Ужин был выше всех похвал, накормили рыбой. Алкоголь нас не брал, организм был ещё в стрессе, а мы не верили спасение.

Реклама


Нет комментариев